Тьма, – и больше ничего - Стивен Кинг

– Положение тяжелое, но не безнадежное. – Врач с улыбкой похлопал Норму по холодной руке. – Нужно немедленно начать химиотерапию.

В июне следующего года Стритер наконец получил повышение. Мэй Стритер поступила в аспирантуру Высшей школы журналистики Колумбийского университета. Чтобы отпраздновать это событие, Стритер с женой отправились в долгожданный отпуск на Гавайи. Они часто занимались любовью. В последний день их пребывания на Мауи позвонил Том Гудхью. Связь была плохая, но главное уяснить удалось: Норма Гудхью умерла.

– Мы приедем тебя поддержать, – пообещал Стритер.

Когда он сообщил новости Джанет, та рухнула на кровать и закрыла лицо руками. Стритер улегся рядом, прижал ее к себе. Все равно мы уже возвращаемся домой, подумал он. Хотя ему было жаль Норму (и чуть-чуть жаль Тома), в голову так и лезла поганая мыслишка: они удачно избежали ежегодного нашествия насекомых – в это время в Дерри просто невыносимо.

В декабре Стритер отправил чек на сумму более пятнадцати тысяч долларов во Внеконфессиональный детский фонд. И получил налоговый вычет на благотворительность.

В 2003 году Джастин Стритер попал в список лучших студентов Университета Брауна, а еще – просто ради развлечения – придумал видеоигру «Выгуляй Фидо». Смысл игры – довести собаку от торгового центра до дома, избежав агрессивных водителей, падающих предметов, а также своры безумных старушек, именующих себя Бабки-Собакоубийцы. Стритеру это казалось пустой забавой (даже сам Джастин утверждал, что игра задумывалась как шутка), однако компания «Геймс инкорпорейтед» заплатила их любимому сыну, красавчику с отменным чувством юмора, семьсот пятьдесят тысяч долларов за права. Плюс ежегодные отчисления. Джас купил каждому из родителей по кроссоверу «тойота-хайлендер» [50]– розовый маме, синий папе. Джанет плакала и называла его неразумным, бестолковым, расточительным, чудесным парнем. Стритер сходил с ним в бар «У Рокси» и угостил премиальным «Споттед хеном».

В октябре сосед Карла Гудхью по общежитию в Эмерсоне, вернувшись с занятий, обнаружил того лежащим на кухонном полу. На сковородке еще дымился сэндвич с сыром. Несмотря на юный возраст – всего-то двадцать два года! – у Карла случился инфаркт. Врачи констатировали ранее не выявленный врожденный порок сердца – кажется, слишком тонкая стенка предсердия. Карл не умер – его товарищ умел делать искусственное дыхание. Тем не менее, из-за перенесенной кислородной недостаточности красивый, веселый, физически развитый юноша, еще недавно разъезжавший с Джастином Стритером по Европе, превратился в собственную бледную тень. У него случалось недержание, он мог потеряться в паре кварталов от дома (бедняге пришлось переехать к отцу, еще не оправившемуся от потери жены), а речь стала настолько невнятной, что ее мог разобрать лишь Том. Гудхью нанял для сына медбрата. Тот занимался с Карлом лечебной физкультурой и следил, чтобы он вовремя переодевал штаны. Раз в две недели они выезжали «в город» – как правило, в кафе-мороженое, где Карл неизменно получал фисташковый рожок и размазывал мороженое по лицу, а медбрат терпеливо вытирал его влажными салфетками.

Джанет перестала ездить вместе со Стритером на ужины к Тому.

– Это невыносимо, – призналась она. – Дело даже не в том, что Карл весь трясется и мочится в штаны. Он так смотрит, будто помнит, каким был раньше, и никак не может уразуметь, что же с ним приключилось. И… не знаю… у него в лице такая надежда, что мне кажется, будто жизнь – просто шутка.

Стритер понимал, о чем она, и часто думал об этом во время ужинов со старым другом (после смерти Нормы Том стал заказывать еду навынос). Ему нравилось смотреть, как Гудхью кормит своего увечного сына, и наблюдать выражение надежды на лице Карла. Тот будто пытался сказать: «Все это мне снится, я скоро проснусь». Джанет права, жизнь – просто шутка. Хорошая шутка.

Если вдуматься.

В 2004 году Мэй Стритер устроилась в «Бостон глоуб» и провозгласила себя самой счастливой девушкой Соединенных Штатов. Джастин Стритер придумал игру «Рок-звезда», ставшую бестселлером; ее удалось сместить с первой позиции только безусловному суперхиту «Гитар хиро». К тому времени Джастин успел написать программу для сочинения музыки. Стритера повысили до управляющего филиалом; поговаривали, что его прочат на должность регионального менеджера. Он свозил Джанет в Канкун, где они замечательно провели время. Она стала звать его «мой зайка».

Бухгалтер фирмы «Вывоз и утилизация Гудхью» присвоил два миллиона долларов и скрылся в неизвестном направлении. После проверки выяснилось, что компания на грани банкротства: похоже, негодяй постоянно подворовывал по мелочи.

По мелочи? – подумал Стритер, прочитав заметку в «Дерри ньюс». Скорее уж греб деньги лопатой.

Теперь Том выглядел не на тридцать пять, а на все шестьдесят. И он сам это сознавал, потому что перестал красить волосы. Стритер с удовлетворением отметил, что под слоем краски они не седые, а безжизненно-серые, под цвет зонта Элвида. Как у стариков, кормящих голубей в парке. И у неудачников.

В 2005 году футболист Джейкоб, поступивший на работу в умирающую компанию отца вместо колледжа (хотя легко мог получить спортивную стипендию), женился на жизнерадостной миниатюрной брюнетке по имени Кэмми Доррингтон. Стритер с женой сошлись во мнении, что церемония бракосочетания прошла великолепно, несмотря на то что Карл Гудхью всю дорогу хрипел и булькал, а Грейси, старшая дочь Тома, входя в церковь, наступила на подол собственного платья, упала и сломала ногу в двух местах. До этого происшествия Том Гудхью выглядел почти как в былые годы – другими словами, счастливым. Стритер не возражал, чтобы приятель немного порадовался. Наверное, даже в аду грешникам изредка полагается глоток воды, дабы впоследствии они могли сполна испытать муки неутолимой жажды.

Молодожены уехали в Белиз. Готов поспорить, там все время льет как из ведра, подумал Стритер. Дождя не случилось, зато Джейкоб большую часть времени провел в местной больнице, страдая от жестокого гастроэнтерита и испражняясь на бумажные пеленки. До болезни он использовал только бутилированную воду, но однажды расслабился и после чистки зубов прополоскал рот водой из-под крана. «Сам, черт возьми, виноват», – сказал он.

Больше восьми сотен американских солдат погибли в Ираке. Не повезло им.

У Тома Гудхью началась подагра. Он захромал и стал ходить с тростью.

В том году чек для Внеконфессионального детского фонда оказался весьма внушительным, но Стритер не расстроился. Отдавать гораздо приятнее, чем получать. Так говорили все великие.

В 2006 году дочь Тома Грейси заболела периодонтитом и в результате потеряла все зубы и обоняние. Вскоре после этого, на очередном ужине (на котором присутствовали только Стритер и Гудхью; медбрат повез Карла «в город»), Том разрыдался. Он отказался от премиального пива в пользу джина и сильно напился. «Не понимаю, что